Конец договора о РСМД: придет ли ядерная весна вместо атомной зимы?

Едва начался февраль, как уже оказался фактически расторгнут Договор о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД), действовавший с 1988 года. Большинство экспертов говорят, что мир стал еще опаснее, но некоторые отмечают, что "безопасность" прежних лет была ещё большей иллюзией.

Договор о РСМД ограничивал арсеналы ракет с ядерными боезарядами и дальностью до 5500 километров. В чём их особая опасность для России? Такие ракеты в виду небольших расстояний их радиуса действия США могли размещать (и размещали в 1980-е годы) уже не на своей территории, а в Европе. И если ракета с ядерной боеголовкой из США летит около получаса, то РСМД — всего несколько минут. Советские, теперь и российские политики могут не успеть не только среагировать, но даже понять, что произошло, как уже будет нанесен испепеляющий удар.

То же правило действует и в обратную сторону, но только для европейских стран. Неудивительно, что именно страны Европы как никто другой были заинтересованы в договоре о РСМД и потому и в России и в Европе большинство экспертов говорят, что мир снова стал еще опаснее. Но есть и иное мнение.

«На новостных сайтах — заголовки вроде: «конец золотого века мирной жизни» или «упал барьер, 30 лет защищавший нас от ядерной войны», и т.п., — пишет в своём Живом Журнале Александр Розов. — Попробуем разобраться: так ли все плохо, и какие плюсы есть в новой сложившейся ситуации (новой эре ядерной гонки — как пишут журналисты).

Начнем с напоминания о давно установленном, но малоизвестном обстоятельстве: модель «ядерной зимы» (т.е. глобального похолодания и гибели всего живого в случае термоядерной войны) является не более, чем фантастическим триллером, придуманным учеными в 1980-х и с тех пор повторяемых на разные лады. Понятно, что этот триллер придуман из лучших побуждений (борьбы за мир), но реальности он не соответствует. Как известно, взрыв вулкана Тамбора в 1815 году имел мощность 200.000 мегатонн в тротиловом эквиваленте (т.е. в четыре раза больше чем ядерные арсеналы времен пика гонки вооружений), и по количеству выброшенной пыли, затмевающей солнце, намного превосходил даже самый ужасный сценарий из модели «Ядерной Зимы». Тем не менее, результатом этой природной катастрофы был только один год без лета (когда весна как бы затянулась и перешла в длинную дождливую осень). Так что, даже самая большая термоядерная война не уничтожит человеческую цивилизацию вообще.

С учетом того, что при дальности 5500 км любой мегаполис мира может оказаться мишенью и через 15 минут исчезнуть — это слабое утешение, но хоть какое-то для начала. Теперь глянем с другой стороны: а защищал ли нас от этого договор РСМД — пока действовал? Конечно нет! Никакой клочок бумаги с какими угодно подписями никогда никого не защищал от войны. Защитой является только страх персонажей политэлиты перед последствиями войны для них лично. Этот страх не зависит ни от каких бумаг, он порождается оценкой военно-технических средств потенциального противника и готовностью противника применить это. Такой страх очень убедительно защитил от термоядерной войны во время Карибского кризиса и продолжает защищать сейчас, несмотря на разрыв договора РСМД.

Тут надо отдать должное ядерному оружию: оно устранило некрасивую ситуацию, когда политэлита могла без опасения за свою собственную жизнь и за жизнь персон своего ближнего круга, гнать миллионы людей на смерть в окопах где-то там далеко. В ядерную эпоху все изменилось, и даже политэлита попала под риск превратиться в пепел через четверть часа после начала войны. Все фокусы с VIP-бункерами не могли теперь отменить эту ситуацию (разве что отсрочить финал для VIP путем замены быстрой смерти от термического удара медленной смертью от радиации). Кстати, именно резиденции политэлиты всегда обозначаются как приоритетные цели в штабных играх — что по-человечески очень правильно.

Вот что еще важно: ядерное оружие дало шанс маленьким развитым нациям на защиту от амбиций политэлиты больших и агрессивных наций (в т.ч. от больших слаборазвитых, для которых такая агрессивность особенно свойственна). Дело в том, что неядерное оружие в значительной мере экстенсивно. Иначе говоря — оно не может дать шанс десятитысячной армии против миллионной армии агрессора. Ядерное оружие дает такой шанс — благодаря своей способности уничтожать живую силу и технику, а также тыловые объекты в радиусе десятки километров. В этом, в общем. и состоит смысл т.н. «ядерного сдерживания» — о чем сегодня часто забывают общественные деятели, выступающие за ликвидацию ядерного оружия, как якобы «антигуманного». Заметим: ядерное оружие не более антигуманно, чем обычная винтовка или даже чем каменный топор троглодита. Любое орудие войны одинаково антигуманно по определению.

Тут можно возразить: ядерные технологии – это не какой-нибудь Большой Адронный Коллайдер, это схемы 60 – 70 летней давности, и воспроизвести их сегодня может даже ВПК умеренно-развитой нации, например (реально) Северной Кореи. Таким образом, диктаторы малых наций получают в свое распоряжение мощное оружие силового шантажа в отношении окружающего мира.

Это, конечно, неприятное обстоятельство, но с другой стороны – это лучше, чем когда монополия на шантаж принадлежит диктаторам нескольких больших наций (как в ситуации до появления атомной бомбы). Вообще, монополия никогда не приводила к позитивному положению дел в мире.

Далее (и это крайне важно!) у развитых стран есть возможность научно-технически противодействовать возможному ядерному шантажу. Иначе говоря: развивать такие технологии, которые позволяют надежно перехватывать средства доставки ядерных зарядов. Вопрос о таких технологиях был поднят еще в 1980-х (т.н. «Стратегическая оборонная инициатива»). Тогда это была лишь эскизная идея, которая такой и осталась, поскольку мир пошел не по пути технологического сдерживания, а по пути договорного сдерживания. Иначе говоря: вместо технологий работала дипломатия, опутывая все нации планеты разнообразными договорами о нераспространении и ограничении. Также, работали PR-инструменты, внушая людям некий запредельный страх перед ядерными технологиями. А что из этого получилось?

30 лет доверчивое большинство развитых наций жило иллюзией, будто Карибский кризис никогда не повторится, так что можно не тратить силы и средства на совершенствования ядерных вооружений и средств защиты. Эта иллюзия сыграла с людьми злую шутку. Как говорилось выше – никакой клочок бумаги не может защитить от войны. Защита – лишь реальный страх политэлиты потенциального агрессора. Как только этот страх развеялся – мы увидели рецидивы ядерного шантажа. Причем, у диктаторов современности появилась возможность применить PR-плоды всемирной агитации против ядерного оружия – каковая агитация придала этому оружию некую мистическую демоническую силу, намного превосходящую объективные ТТХ. Возникла абсурдная ситуация, когда любой тяжеловесный политический фрик может эффективно запугивать окружающий мир даже вымышленным ядерным оружием. Или ядерным супер-оружием, которое описано будто бы, свидетелями, или нарисовано в компьютерной графике.

Это запугивание работает, поскольку люди приучены верить в атомный ужас вне зависимости от физической реальности такого ужаса. Возникла еще одна абсурдная ситуация: антиядерный PR утопил мирные ядерные технологии, поскольку демонизация атомной бомбы затронула и АЭС. В результате деградировала энергетическая отрасль, самая перспективная из когда-либо существовавших, и потенциально способная решить все энергетические проблемы человечества на столетия вперед.

Что изменилось 2 февраля в связи с крушением договора о РСМД?

1. Вероятно, вместо антиядерной дипломатии теперь включится технология ядерного сдерживания (как в плане новых средств атаки, так и в плане новых средств перехвата). Такой путь более надежен, и что особенно важно – он означает перезапуск НТР (т.е. научно-технического прогресса, прямо связанного с крупным производством). Такой перезапуск может дать мощный импульс развития и ядерной энергетике, и ракетно-космическим технологиям, и возможно еще каким-то технологиям, которые пока что оставались в рамках научных лабораторий.

2. Поскольку пример разрыва антиядерного договора привлекателен для подражания, вероятно, ряд малых развитых стран разморозит свои ракетные и ядерные программы (замороженные на 30-летний период антиядерной дипломатии). Это дает шансы на широкую конкуренцию в энергетике и в космосе.

3. Если сценарии (1) и (2) реализуются, то целый ряд тяжеловесных политических фриков исчезнет, поскольку эти фрики не могут выдержать реальной конкуренции (не по PR о ядерном супер-оружии, а по реальному наличию эффективного оружия). По мере возврата к развитию АЭС снизится влияние всяческих нефтегазовых шейхов на мировую политику (следовательно, снизится и влияние религиозного фундаментализма).

4. При освобождении от демонизации ядерных технологий мы все станем свободнее от демонизации чего-либо вообще. Мы станем мыслить более реалистично, с меньшей оглядкой на общественных деятелей, подменяющих техническое знание — моральной болтовней.

Вот эти четыре пункта я бы рискнул назвать ядерной весной. Но это мое личное мнение».

Источник: newizv.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.